НОВЫЙ ОРЛЕАН – Слово «миграция» вызывает в воображении картины войны, природных катастроф и ужасных экономических проблем. Все это важные причины, по которым люди начинают искать убежище вдали от дома. Но, наверное, самым мощным фактором, провоцирующим миграцию, является продовольствие – или, если точнее, его отсутствие.
В 2017 году примерно 821 миллион человек в мире, то есть каждый девятый, испытывали хронический недостаток питания. Несмотря на определённые успехи в борьбе с экстремальным голодом, общее количество хронически голодающих людей продолжает расти.
Связь этой проблемы с миграцией очевидна. Когда люди в Африке, Латинской Америке и на Ближнем Востоке не могут прокормить себя и свои семьи, они зачастую покидают свой дом. По данным исследования, проведённого Всемирной продовольственной программой ООН (ВПП ООН), увеличение дефицита продовольствия на один процентный пункт приводит к приросту потока беженцев на 1,9%.
Те, кто испытывает недостаток продовольствия, обычно начинают требовать улучшения ситуации в стране. В арабском мире, начиная с середины 1980-х годов, регулярно вспыхивают «хлебные бунты». Повышение цен на продовольствие, особенно на пшеницу, спровоцировало протесты «Арабской весны», которые начались в Тунисе в 2010 году.
Если начавшийся дефицит продовольствия оказывается недостаточным мотивом для миграции, тогда таким мотивом становятся последующие социальные беспорядки и конфликты, в том числе и потому, что они ещё больше сокращают поставки продовольствия. Как говорится в докладе ВПП ООН, недостаток продовольствия – это «существенный фактор, способствующий началу и усилению вооружённых конфликтов». Каждый дополнительный год конфликта приводит к увеличению потока беженцев на 0,4%.
По данным проекта «Продовольствие и миграция» (OFM), многие мигранты – это одинокие мужчины, оставляющие женщин управлять своими разорёнными фермами. Согласно подсчётам Всемирного банка, в странах Северной Африки 43% фермеров являются женщинами, и это прирост по сравнению с 1980 годом, когда эта цифра равнялась примерно 30%.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Женщины-фермеры находятся в крайне невыгодном положении. Например, как выяснил Всемирный банк, когда в странах Латинской Америки «женщины берут на себя руководство семейной фермой, они сталкиваются с гендерными проблемами, в том числе с трудностями при найме и осуществлении контроля за работниками, а также в приобретения технических знаний о фермерстве».
В Сенегале 70% рабочей силы составляют женщины-фермеры, но, как сообщает OFM, только мужчинам позволено принимать решения, связанные с аграрным производством и работой фермы. В результате, становится невероятно трудно добиться увеличения сельхозпроизводства, что усугубляет проблему дефицита продовольствия.
Мигранты, попадающие в Европу или США, часто формируют костяк аграрного сектора в своей новой стране. По данным исследования, проведенного совместно аналитическим центром MacroGeo и Центром изучения проблем продовольствия и питания Barilla (BCFN), больше половины всех работников ферм в южной Италии – это мигранты, а на американских фермах трудятся более трёх миллионов мигрантов. По оценкам правительства США, примерно половина всех работников ферм в стране – это иммигранты без документов.
Положение многие из этих работников напоминает рабство. Они трудятся в тяжёлых условиях за очень низкие зарплаты. Например, в Южной Италии работники ферм часто нанимаются через так называемую систему «капоралато», в которой криминальные банды во главе с «капралами» формируют группы работников-мигрантов, обеспечивают их едой и жильём, а также привозят их (за огромную плату) на поля.
Рабочий день таких работников может длиться 16 часов, а когда они возвращаются домой с мизерной зарплатой, их ждут ужасающие условия. Известен случай, когда 800 работников жили лишь с пятью душевыми кабинами.
Поскольку стоимость услуг «капрала» вычитается из зарплаты работников, фермеры с удовольствием пользуются этой системой, которая позволяет им также уклоняться от уплаты налогов с фонда оплаты труда. Между тем, эти фермеры, причём не только в Италии, но и в других странах Европы, а также в США (где сельхозработники, не имеющие документов, эксплуатируются аналогичным образом), обычно получают щедрые субсидии, стимулирующие их производить избыточное количество продовольствия.
Полученный профицит продовольствия экспортируется по столь низким ценам, что фермеры и производители продовольствия в развивающихся странах становятся неконкурентоспособными. Или же он может просто выбрасываться. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), треть всего продовольствия, производимого в мире, либо теряется, либо выбрасывается. Это означает, что мы имеем дело с откровенно неправильным использованием ресурсов (начиная с трудовых ресурсов и заканчивая водными), которые тратятся на производство этой продукции.
Худшими нарушителями, согласно «Индексу продовольственной устойчивости», который составляют совместно BCFN и компания Economist Intelligence Unit, являются технологически наиболее продвинутые страны. В рейтинге сельскохозяйственной устойчивости, который учитывает продовольственные отходы, среди 67 стран США и Великобритания находятся на 45 и 49 местах соответственно.
Напротив, менее развитые страны демонстрируют удивительные успехи. Страны Латинской Америки, Восточной Азии и Тихоокеанского региона демонстрируют хорошие результаты, сокращая продовольственные потери и отходы: по четыре страны из каждого региона входят в топ-20. Эфиопия, Кения и Индия также входят в число стран с сильными стратегиями минимизации потерь продовольствия.
Столь сложная проблема как миграция не может быть решена просто с помощью ужесточения иммиграционных законов, не говоря уже о пограничных стенах, подобных той, что пытается построить президент США Дональд Трамп на южной границе страны с Мексикой. Вместо этого власти должны заняться фундаментальными причинами миграции, начав с устранения недостатков в глобальной продовольственной системе.
Это означает, что правительствам развитых стран следует пересмотреть политику сельхозсубсидий и принять целевые меры для сокращения продовольственных потерь и отходов. А правительства развивающихся стран, со своей стороны, обязаны предпринять шаги, помогающие смягчить проблему гендерного неравенства.
У нас слишком мало времени (и продовольствия), которое можно тратить впустую.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Increasingly severe water shortages represent a human-made crisis that can be resolved through human interventions. The situation demands new thinking about the economics of this critical resource and how to manage it through mission-oriented strategies that span all levels of governance.
call attention to a global problem that demands far more attention from policymakers at all levels.
Although Kamala Harris is largely aligned with Joe Biden on many global and strategic issues, her unique worldview promises a distinct form of leadership on the international stage. Not only would US foreign policy shift under a Harris administration; it could change in highly consequential ways.
considers how the Democratic presidential nominees' views compare to Joe Biden's.
НОВЫЙ ОРЛЕАН – Слово «миграция» вызывает в воображении картины войны, природных катастроф и ужасных экономических проблем. Все это важные причины, по которым люди начинают искать убежище вдали от дома. Но, наверное, самым мощным фактором, провоцирующим миграцию, является продовольствие – или, если точнее, его отсутствие.
В 2017 году примерно 821 миллион человек в мире, то есть каждый девятый, испытывали хронический недостаток питания. Несмотря на определённые успехи в борьбе с экстремальным голодом, общее количество хронически голодающих людей продолжает расти.
Связь этой проблемы с миграцией очевидна. Когда люди в Африке, Латинской Америке и на Ближнем Востоке не могут прокормить себя и свои семьи, они зачастую покидают свой дом. По данным исследования, проведённого Всемирной продовольственной программой ООН (ВПП ООН), увеличение дефицита продовольствия на один процентный пункт приводит к приросту потока беженцев на 1,9%.
Те, кто испытывает недостаток продовольствия, обычно начинают требовать улучшения ситуации в стране. В арабском мире, начиная с середины 1980-х годов, регулярно вспыхивают «хлебные бунты». Повышение цен на продовольствие, особенно на пшеницу, спровоцировало протесты «Арабской весны», которые начались в Тунисе в 2010 году.
Если начавшийся дефицит продовольствия оказывается недостаточным мотивом для миграции, тогда таким мотивом становятся последующие социальные беспорядки и конфликты, в том числе и потому, что они ещё больше сокращают поставки продовольствия. Как говорится в докладе ВПП ООН, недостаток продовольствия – это «существенный фактор, способствующий началу и усилению вооружённых конфликтов». Каждый дополнительный год конфликта приводит к увеличению потока беженцев на 0,4%.
По данным проекта «Продовольствие и миграция» (OFM), многие мигранты – это одинокие мужчины, оставляющие женщин управлять своими разорёнными фермами. Согласно подсчётам Всемирного банка, в странах Северной Африки 43% фермеров являются женщинами, и это прирост по сравнению с 1980 годом, когда эта цифра равнялась примерно 30%.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Женщины-фермеры находятся в крайне невыгодном положении. Например, как выяснил Всемирный банк, когда в странах Латинской Америки «женщины берут на себя руководство семейной фермой, они сталкиваются с гендерными проблемами, в том числе с трудностями при найме и осуществлении контроля за работниками, а также в приобретения технических знаний о фермерстве».
В Сенегале 70% рабочей силы составляют женщины-фермеры, но, как сообщает OFM, только мужчинам позволено принимать решения, связанные с аграрным производством и работой фермы. В результате, становится невероятно трудно добиться увеличения сельхозпроизводства, что усугубляет проблему дефицита продовольствия.
Мигранты, попадающие в Европу или США, часто формируют костяк аграрного сектора в своей новой стране. По данным исследования, проведенного совместно аналитическим центром MacroGeo и Центром изучения проблем продовольствия и питания Barilla (BCFN), больше половины всех работников ферм в южной Италии – это мигранты, а на американских фермах трудятся более трёх миллионов мигрантов. По оценкам правительства США, примерно половина всех работников ферм в стране – это иммигранты без документов.
Положение многие из этих работников напоминает рабство. Они трудятся в тяжёлых условиях за очень низкие зарплаты. Например, в Южной Италии работники ферм часто нанимаются через так называемую систему «капоралато», в которой криминальные банды во главе с «капралами» формируют группы работников-мигрантов, обеспечивают их едой и жильём, а также привозят их (за огромную плату) на поля.
Рабочий день таких работников может длиться 16 часов, а когда они возвращаются домой с мизерной зарплатой, их ждут ужасающие условия. Известен случай, когда 800 работников жили лишь с пятью душевыми кабинами.
Поскольку стоимость услуг «капрала» вычитается из зарплаты работников, фермеры с удовольствием пользуются этой системой, которая позволяет им также уклоняться от уплаты налогов с фонда оплаты труда. Между тем, эти фермеры, причём не только в Италии, но и в других странах Европы, а также в США (где сельхозработники, не имеющие документов, эксплуатируются аналогичным образом), обычно получают щедрые субсидии, стимулирующие их производить избыточное количество продовольствия.
Полученный профицит продовольствия экспортируется по столь низким ценам, что фермеры и производители продовольствия в развивающихся странах становятся неконкурентоспособными. Или же он может просто выбрасываться. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН (ФАО), треть всего продовольствия, производимого в мире, либо теряется, либо выбрасывается. Это означает, что мы имеем дело с откровенно неправильным использованием ресурсов (начиная с трудовых ресурсов и заканчивая водными), которые тратятся на производство этой продукции.
Худшими нарушителями, согласно «Индексу продовольственной устойчивости», который составляют совместно BCFN и компания Economist Intelligence Unit, являются технологически наиболее продвинутые страны. В рейтинге сельскохозяйственной устойчивости, который учитывает продовольственные отходы, среди 67 стран США и Великобритания находятся на 45 и 49 местах соответственно.
Напротив, менее развитые страны демонстрируют удивительные успехи. Страны Латинской Америки, Восточной Азии и Тихоокеанского региона демонстрируют хорошие результаты, сокращая продовольственные потери и отходы: по четыре страны из каждого региона входят в топ-20. Эфиопия, Кения и Индия также входят в число стран с сильными стратегиями минимизации потерь продовольствия.
Столь сложная проблема как миграция не может быть решена просто с помощью ужесточения иммиграционных законов, не говоря уже о пограничных стенах, подобных той, что пытается построить президент США Дональд Трамп на южной границе страны с Мексикой. Вместо этого власти должны заняться фундаментальными причинами миграции, начав с устранения недостатков в глобальной продовольственной системе.
Это означает, что правительствам развитых стран следует пересмотреть политику сельхозсубсидий и принять целевые меры для сокращения продовольственных потерь и отходов. А правительства развивающихся стран, со своей стороны, обязаны предпринять шаги, помогающие смягчить проблему гендерного неравенства.
У нас слишком мало времени (и продовольствия), которое можно тратить впустую.