БЕРЛИН – Поставленная в Парижском климатическом соглашении цель – ограничить глобальное потепление уровнем 1,5° по Цельсию – вновь оказалась в центре внимания. Согласно последним прогнозам Всемирной метеорологической организации, «существует 66%-ая вероятность, что среднегодовая глобальная приповерхностная температура в период с 2023 по 2027 годы окажется выше доиндустриальных уровней более чем на 1,5°C в течение как минимум одного года». Сверхмощный цикл «Эль-Ниньо» означает, что рекордные температуры нам практически гарантированы.
Но хотя эти предупреждения вызывают тревоги, будет ещё опасней, если один год с ростом температуры выше 1,5°C будет воспринят как сигнал, что цель 1,5°C мы не достигли. Столь ошибочный вывод может заставить нас отказаться от стремления к цели Парижского соглашения, причём ровно в тот момент, когда мы обязаны удвоить усилия для её достижения.
Цель 1,5°C не будет не достигнута из-за того, что в течение всего лишь одного года или пары лет наблюдаются экстремальная температура. Парижская цель касается антропогенного роста температуры, измеряемого на протяжении десятилетий. Мы должны хорошо помнить об этом, борясь с опасным климатическим фатализмом, который в последние годы стал набирать популярность.
Да, сегодня, когда планета потеплела примерно на 1,2°C выше доиндустриальных уровней, мы чаще сталкиваемся с «эпохальными» волнами жары, лесными пожарами и наводнениями. В некоторых низменных регионах повышение уровня моря уже вынуждает людей переселяться. Однако существует огромная разница между потеплением на 1,2°C и на 1,5°C (а тем более между потеплением на 1,5°C и на 2°C), и, как показывает наука, мы ещё можем завершить столетие с потеплением на уровне 1,5°C или даже ниже.
Новейшие климатические исследования подтверждают важность и необходимость сохранения порога в 1,5°C. В прошлом году Межправительственная группа экспертов по изменению климата (IPCC) предупреждала, что мы можем столкнуться с экстремальными погодными явлениями, развалом экосистем и планетарными точками невозврата на значительно более низких уровнях глобального потепления, чем предполагалось ранее. Со времён последнего отчётного цикла IPCC в 2014 году у нас накопилось намного больше доказательств, что потепление мира даже на 1,5°C создаст колоссальные проблемы, и что рост температуры выше этого уровня станет поистине катастрофическим.
Дополнительное потепление на каждую десятую долю градуса будет приводить к тому, что больше людей начнут страдать от опасных для жизни волн жары, а также дефицита воды и наводнений. Хуже того, как показывает целый ряд исследований, вероятность достижения точек невозврата (например, потенциальный развал Западно-Антарктического ледяного щита) повышается экспоненциальными темпами при температуре выше 1,5°C. Речь идёт о красной черте. Мир не упадёт со скалы, но произойдёт фундаментальный сдвиг, в ходе которого планетарные системы начнут необратимо двигаться по пути к усилению процесса таяния льда, изменению морских экосистем и повышению уровня моря.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Единственный разумный подход: смягчать этот риск, как можно скорее сокращая выбросы парниковых газов. Да, в краткосрочной перспективе мы можем превысить порог в 1,5°C, но мы можем вернуться к нему в долгосрочной перспективе. Однако это будет возможно лишь в том случае, если мы сократим выбросы от ископаемых видов топлива до нуля. Это крайне важный первый шаг на пути к достижению нетто-нулевых выбросов парниковых газов.
Не менее важно сохранять и восстанавливать природные сухопутные и океанические системы, которые впитывают и хранят углерод. Если мы нарушим углеродный цикл Земли (например, из-за таяния вечной мерзлоты), наши возможности повернуть вспять глобальный рост температуры сократятся.
Для ограничения потепления в этом веке уровнем 1,5°C нужно, чтобы к 2030 году мы сократили выбросы парниковых газов вдвое. Это не произвольная цифра. Лишь в том случае, если мы сократим вдвое выбросы парниковых газов в течение нынешнего десятилетия, мы сумеем уменьшить в два раза темпы потепления в 2030-х годах и остановим его в 2040-х. Речь идёт о выборе: будем ли мы бороться с изменением климата сами или же передадим нашим детям цивилизационную бомбу замедленного действия.
Кроме того, замедляя процесс потепления мы получаем бесценное время для адаптации к меняющемуся климату. Даже богатые страны, подобные США, столкнутся с ограничениями в своих возможностях быстрой и полноценной адаптации к последствиям изменения климата. А для тех, кто живёт в более уязвимых районах мира, ситуация несравнимо хуже. Такие катастрофы, как наводнение в Пакистане в прошлом году, могут пустить под откос экономику целой страны, столкнув её в порочный круг растущего долга и нищеты. Всё это будет усугубляться будущими климатическими катастрофами, готовиться к которым у такой страны не будет финансовой возможности.
Многие из нетто-нулевых обязательств, о которых объявили правительства, компании и города по всему миру, рассчитаны на основе порога в 1,5°C. Планы поэтапного отказа от угля (например, в Германии, Вьетнаме и Великобритании) опираются на модели, ориентированные на цель 1,5°C: они показывают, что странам ОЭСР нужно прекратить пользоваться углём к 2030 году, а странам вне ОЭСР нужно сделать это к 2040 году. Вскоре то же самое должно произойти с природным газом.
Время быстро истекает, и модели с ориентиром на 1,5°C говорят нам, что нужно делать приоритетом. Сначала мы должны декарбонизировать производство электроэнергии, а затем электрифицировать максимально возможное количество транспорта, зданий и промышленных объектов, одновременно сокращая спрос. Всё это низковисящие плоды, но, помимо этого, нам также нужно будет масштабировать технологии по удалению углерода из атмосферы.
Инвестиции уже движутся в этом направлении. С момента заключения Парижского соглашения в 2015 году стоимость солнечной и ветроэнергетики, а также аккумуляторов резко снизилась. Становятся привычными электромобили и тепловые насосы. Так рынок отреагировал на государственные стимулы. Государственная политика сыграла важнейшую роль, формируя уверенность и поддерживая рост чистой энергетики.
Если сдаться и начать ориентироваться на пороги выше 1,5°C, тогда крупнейшие загрязнители с наибольшими объёмами выбросов сорвутся с крючка. Вместо формирования уверенности такие подходы станут сигналом для всех, что следует ожидать меньшего, а те, кто живёт в регионах без ресурсов и возможностей для адаптации к нагревающемуся миру, окажутся преданы.
Если мы не продолжим стремиться к самым амбициозным, научно-обоснованным целям, тогда люди, корыстно заинтересованные в сохранении статус-кво, начнут пользоваться нашим фатализмом. Недавно компания ВР после невероятного прибыльного года (что объясняется российской войной в Украине) сигнализировала, что перенаправит значительную часть своих инвестиций, предназначенных для декарбонизации, на нефтегазовые проекты.
Согласно наилучшим научным данным, которые только у нас есть, порог в 1,5°C по-прежнему реален, и наука говорит нам, как его достигнуть. Как сказал британский климатический дипломат Пит Беттс, «если мы превысим порог в 1,5°C, это станет сигналом не для того, чтобы сдаться, а чтобы удвоить усилия».
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Increasingly severe water shortages represent a human-made crisis that can be resolved through human interventions. The situation demands new thinking about the economics of this critical resource and how to manage it through mission-oriented strategies that span all levels of governance.
call attention to a global problem that demands far more attention from policymakers at all levels.
Although Kamala Harris is largely aligned with Joe Biden on many global and strategic issues, her unique worldview promises a distinct form of leadership on the international stage. Not only would US foreign policy shift under a Harris administration; it could change in highly consequential ways.
considers how the Democratic presidential nominees' views compare to Joe Biden's.
БЕРЛИН – Поставленная в Парижском климатическом соглашении цель – ограничить глобальное потепление уровнем 1,5° по Цельсию – вновь оказалась в центре внимания. Согласно последним прогнозам Всемирной метеорологической организации, «существует 66%-ая вероятность, что среднегодовая глобальная приповерхностная температура в период с 2023 по 2027 годы окажется выше доиндустриальных уровней более чем на 1,5°C в течение как минимум одного года». Сверхмощный цикл «Эль-Ниньо» означает, что рекордные температуры нам практически гарантированы.
Но хотя эти предупреждения вызывают тревоги, будет ещё опасней, если один год с ростом температуры выше 1,5°C будет воспринят как сигнал, что цель 1,5°C мы не достигли. Столь ошибочный вывод может заставить нас отказаться от стремления к цели Парижского соглашения, причём ровно в тот момент, когда мы обязаны удвоить усилия для её достижения.
Цель 1,5°C не будет не достигнута из-за того, что в течение всего лишь одного года или пары лет наблюдаются экстремальная температура. Парижская цель касается антропогенного роста температуры, измеряемого на протяжении десятилетий. Мы должны хорошо помнить об этом, борясь с опасным климатическим фатализмом, который в последние годы стал набирать популярность.
Да, сегодня, когда планета потеплела примерно на 1,2°C выше доиндустриальных уровней, мы чаще сталкиваемся с «эпохальными» волнами жары, лесными пожарами и наводнениями. В некоторых низменных регионах повышение уровня моря уже вынуждает людей переселяться. Однако существует огромная разница между потеплением на 1,2°C и на 1,5°C (а тем более между потеплением на 1,5°C и на 2°C), и, как показывает наука, мы ещё можем завершить столетие с потеплением на уровне 1,5°C или даже ниже.
Новейшие климатические исследования подтверждают важность и необходимость сохранения порога в 1,5°C. В прошлом году Межправительственная группа экспертов по изменению климата (IPCC) предупреждала, что мы можем столкнуться с экстремальными погодными явлениями, развалом экосистем и планетарными точками невозврата на значительно более низких уровнях глобального потепления, чем предполагалось ранее. Со времён последнего отчётного цикла IPCC в 2014 году у нас накопилось намного больше доказательств, что потепление мира даже на 1,5°C создаст колоссальные проблемы, и что рост температуры выше этого уровня станет поистине катастрофическим.
Дополнительное потепление на каждую десятую долю градуса будет приводить к тому, что больше людей начнут страдать от опасных для жизни волн жары, а также дефицита воды и наводнений. Хуже того, как показывает целый ряд исследований, вероятность достижения точек невозврата (например, потенциальный развал Западно-Антарктического ледяного щита) повышается экспоненциальными темпами при температуре выше 1,5°C. Речь идёт о красной черте. Мир не упадёт со скалы, но произойдёт фундаментальный сдвиг, в ходе которого планетарные системы начнут необратимо двигаться по пути к усилению процесса таяния льда, изменению морских экосистем и повышению уровня моря.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Единственный разумный подход: смягчать этот риск, как можно скорее сокращая выбросы парниковых газов. Да, в краткосрочной перспективе мы можем превысить порог в 1,5°C, но мы можем вернуться к нему в долгосрочной перспективе. Однако это будет возможно лишь в том случае, если мы сократим выбросы от ископаемых видов топлива до нуля. Это крайне важный первый шаг на пути к достижению нетто-нулевых выбросов парниковых газов.
Не менее важно сохранять и восстанавливать природные сухопутные и океанические системы, которые впитывают и хранят углерод. Если мы нарушим углеродный цикл Земли (например, из-за таяния вечной мерзлоты), наши возможности повернуть вспять глобальный рост температуры сократятся.
Для ограничения потепления в этом веке уровнем 1,5°C нужно, чтобы к 2030 году мы сократили выбросы парниковых газов вдвое. Это не произвольная цифра. Лишь в том случае, если мы сократим вдвое выбросы парниковых газов в течение нынешнего десятилетия, мы сумеем уменьшить в два раза темпы потепления в 2030-х годах и остановим его в 2040-х. Речь идёт о выборе: будем ли мы бороться с изменением климата сами или же передадим нашим детям цивилизационную бомбу замедленного действия.
Кроме того, замедляя процесс потепления мы получаем бесценное время для адаптации к меняющемуся климату. Даже богатые страны, подобные США, столкнутся с ограничениями в своих возможностях быстрой и полноценной адаптации к последствиям изменения климата. А для тех, кто живёт в более уязвимых районах мира, ситуация несравнимо хуже. Такие катастрофы, как наводнение в Пакистане в прошлом году, могут пустить под откос экономику целой страны, столкнув её в порочный круг растущего долга и нищеты. Всё это будет усугубляться будущими климатическими катастрофами, готовиться к которым у такой страны не будет финансовой возможности.
Многие из нетто-нулевых обязательств, о которых объявили правительства, компании и города по всему миру, рассчитаны на основе порога в 1,5°C. Планы поэтапного отказа от угля (например, в Германии, Вьетнаме и Великобритании) опираются на модели, ориентированные на цель 1,5°C: они показывают, что странам ОЭСР нужно прекратить пользоваться углём к 2030 году, а странам вне ОЭСР нужно сделать это к 2040 году. Вскоре то же самое должно произойти с природным газом.
Время быстро истекает, и модели с ориентиром на 1,5°C говорят нам, что нужно делать приоритетом. Сначала мы должны декарбонизировать производство электроэнергии, а затем электрифицировать максимально возможное количество транспорта, зданий и промышленных объектов, одновременно сокращая спрос. Всё это низковисящие плоды, но, помимо этого, нам также нужно будет масштабировать технологии по удалению углерода из атмосферы.
Инвестиции уже движутся в этом направлении. С момента заключения Парижского соглашения в 2015 году стоимость солнечной и ветроэнергетики, а также аккумуляторов резко снизилась. Становятся привычными электромобили и тепловые насосы. Так рынок отреагировал на государственные стимулы. Государственная политика сыграла важнейшую роль, формируя уверенность и поддерживая рост чистой энергетики.
Если сдаться и начать ориентироваться на пороги выше 1,5°C, тогда крупнейшие загрязнители с наибольшими объёмами выбросов сорвутся с крючка. Вместо формирования уверенности такие подходы станут сигналом для всех, что следует ожидать меньшего, а те, кто живёт в регионах без ресурсов и возможностей для адаптации к нагревающемуся миру, окажутся преданы.
Если мы не продолжим стремиться к самым амбициозным, научно-обоснованным целям, тогда люди, корыстно заинтересованные в сохранении статус-кво, начнут пользоваться нашим фатализмом. Недавно компания ВР после невероятного прибыльного года (что объясняется российской войной в Украине) сигнализировала, что перенаправит значительную часть своих инвестиций, предназначенных для декарбонизации, на нефтегазовые проекты.
Согласно наилучшим научным данным, которые только у нас есть, порог в 1,5°C по-прежнему реален, и наука говорит нам, как его достигнуть. Как сказал британский климатический дипломат Пит Беттс, «если мы превысим порог в 1,5°C, это станет сигналом не для того, чтобы сдаться, а чтобы удвоить усилия».