ДЖИДДА – Современный мир сталкивается с множеством сложных проблем в своём развитии – изменение климата, быстрая урбанизация, рост неравенства, устойчивость уровня долга, сохраняющееся цифровое неравенство. Но, как показала пандемия Covid-19, у многих развивающихся стран просто нет устойчивой инфраструктуры социального сектора, которая нужна для борьбы со столь сложными, переплетающимися кризисами. Ещё больше тревог вызывает тот факт, что эти страны (особенно наименее развитые среди них) не имеют возможности ликвидировать дефицит инфраструктуры, потому что у них мало бюджетного пространства, на них висит тяжёлое бремя долгов, при этом официальная помощь развитию находится на неадекватном уровне.
Согласно оценкам, к 2040 году глобальный дефицит инфраструктурного финансирования увеличится до $15 трлн. Это колоссальная цифра, которую можно объяснить рядом ключевых факторов. У многих развивающихся стран просто нет финансовых ресурсов на дорогостоящие и масштабные инфраструктурные проекты, которые к тому же требуют много времени. А частные инвесторы обычно сторонятся таких проектов, потому что считают риски инвестиций в инфраструктуру в развивающихся странах слишком высокими. В совокупности эти факторы создают значительные препятствия на пути строительства отчаянно необходимой инфраструктуры.
Есть хорошие новости: многосторонние банки развития (МБР) и другие заинтересованные стороны начинают понимать необходимость срочных действий для решения этих проблем. На МБР оказывают давление их акционеры, которые требуют, чтобы банки стали лучше, больше и эффективнее. По итогам независимой оценки правил адекватности капитала в МБР (эта важная работа была заказана «Большой двадцаткой») им было рекомендовано расширить использование инновационных финансовых инструментов. А недавно Независимая экспертная группа «Большой двадцатки» по вопросам укрепления МБР опубликовала многотомный доклад, в котором, среди прочего, предлагается активизировать участие частного сектора в финансировании развития, в частности, расширяя применение уже существующих инструментов распределения рисков, а также разрабатывая новые инструменты (например, механизмы на основе активов).
Финансирование с опорой на активы и распределение рисков может способствовать глубоким преобразованиям, потому что (в отличие от традиционных способов привлечения денег в виде долгов), такие модели приносят дополнительные выгоды: налаживание партнерств и содействие атмосфере сотрудничества. Финансисты становятся стейкхолдерами, то есть обе стороны оказываются заинтересованы в успехе, а также в долгосрочной жизнеспособности и устойчивости проекта. Тем самым снижается риск недобросовестного поведения, который часто возникает в моделях финансирования на долговой основе.
Именно эти принципы формируют фундамент исламских финансов, хотя их природа сотрудничества не ограничивается распределением рисков: внимание концентрируется на долгосрочных партнерствах и на поощрении интереса к социальной и экологической устойчивости проекта в течение его жизненного цикла. Воплощением этих принципов является Исламский банк развития (ИБР), в котором я занимаю пост президента. За последние 50 лет мы выделили более $182 млрд на финансирование проектов развития, связанных с возобновляемыми источниками энергии, социальным сектором, а также экологически и климатически устойчивой инфраструктурой (учитывая наш новый акцент на содействии росту зелёной экономики и развитию человеческого капитала).
Рынки исламских финансов оцениваются в $3,25 трлн и обладают значительной ликвидностью, а также аппетитом к подходящим для банков проектам на основе активов и распределения рисков. Соответственно, эти рынки могут стать мощным инструментом мобилизации инвестиций в инфраструктуру развивающихся стран. В частности, гибридная модель, использующая традиционное и исламское финансирование, помогла бы масштабно увеличить инвестиции в инфраструктурные проекты. ИБР уже имеет опыт успешного софинансирования инфраструктурных проектов с другими МБР и с частным сектором. В числе завершённых проектов международный аэропорт имени Блеза Дианя в Дакаре (совместно с Африканским банком развития) и международный аэропорт имени королевы Алии в Иордании (совместно с Международной финансовой корпорацией).
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Для привлечения инфраструктурного финансирования с помощью инструментов на основе активов и распределения рисков требуется: хорошо развитый и надёжный финансовый сектор с сильной системой законов и регулирования, способной защищать инвесторов; хорошие внутренние рынки капиталов; прозрачный мониторинг и отчётность об эффективности. Именно здесь в игру вступают МБР. Они способны помочь в развитии и укреплении финансовой инфраструктуры, необходимой для привлечения частного капитала в развивающиеся страны.
Кроме того, МБР могут предпринимать коллективные действия, чтобы повысить уверенность инвесторов и помочь наладить поток уже подготовленных для финансирования проектов. «Глобальная совместная платформа софинансирования», которая недавно была создана десятью МБР (включая ИБР) по инициативе Всемирного банка, стала шагом в правильном направлении.
Инвестиции в устойчивую инфраструктуру помогут смягчить последствия изменения климата, принесут долгосрочные экономические выгоды и повысят качество жизни людей. Однако для привлечения необходимых капиталов нужно будет воспользоваться потенциалом финансовых инструментов на основе активов и распределения рисков. ИБР обязуется играть ведущую роль в этой работе, однако другие МБР и частные инвесторы также должны использовать эти подходы. Лишь работая вместе над ликвидацией глобального дефицита инфраструктурного финансирования, мы сможем построить более справедливое будущее для всех.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Increasingly severe water shortages represent a human-made crisis that can be resolved through human interventions. The situation demands new thinking about the economics of this critical resource and how to manage it through mission-oriented strategies that span all levels of governance.
call attention to a global problem that demands far more attention from policymakers at all levels.
Although Kamala Harris is largely aligned with Joe Biden on many global and strategic issues, her unique worldview promises a distinct form of leadership on the international stage. Not only would US foreign policy shift under a Harris administration; it could change in highly consequential ways.
considers how the Democratic presidential nominees' views compare to Joe Biden's.
ДЖИДДА – Современный мир сталкивается с множеством сложных проблем в своём развитии – изменение климата, быстрая урбанизация, рост неравенства, устойчивость уровня долга, сохраняющееся цифровое неравенство. Но, как показала пандемия Covid-19, у многих развивающихся стран просто нет устойчивой инфраструктуры социального сектора, которая нужна для борьбы со столь сложными, переплетающимися кризисами. Ещё больше тревог вызывает тот факт, что эти страны (особенно наименее развитые среди них) не имеют возможности ликвидировать дефицит инфраструктуры, потому что у них мало бюджетного пространства, на них висит тяжёлое бремя долгов, при этом официальная помощь развитию находится на неадекватном уровне.
Согласно оценкам, к 2040 году глобальный дефицит инфраструктурного финансирования увеличится до $15 трлн. Это колоссальная цифра, которую можно объяснить рядом ключевых факторов. У многих развивающихся стран просто нет финансовых ресурсов на дорогостоящие и масштабные инфраструктурные проекты, которые к тому же требуют много времени. А частные инвесторы обычно сторонятся таких проектов, потому что считают риски инвестиций в инфраструктуру в развивающихся странах слишком высокими. В совокупности эти факторы создают значительные препятствия на пути строительства отчаянно необходимой инфраструктуры.
Есть хорошие новости: многосторонние банки развития (МБР) и другие заинтересованные стороны начинают понимать необходимость срочных действий для решения этих проблем. На МБР оказывают давление их акционеры, которые требуют, чтобы банки стали лучше, больше и эффективнее. По итогам независимой оценки правил адекватности капитала в МБР (эта важная работа была заказана «Большой двадцаткой») им было рекомендовано расширить использование инновационных финансовых инструментов. А недавно Независимая экспертная группа «Большой двадцатки» по вопросам укрепления МБР опубликовала многотомный доклад, в котором, среди прочего, предлагается активизировать участие частного сектора в финансировании развития, в частности, расширяя применение уже существующих инструментов распределения рисков, а также разрабатывая новые инструменты (например, механизмы на основе активов).
Финансирование с опорой на активы и распределение рисков может способствовать глубоким преобразованиям, потому что (в отличие от традиционных способов привлечения денег в виде долгов), такие модели приносят дополнительные выгоды: налаживание партнерств и содействие атмосфере сотрудничества. Финансисты становятся стейкхолдерами, то есть обе стороны оказываются заинтересованы в успехе, а также в долгосрочной жизнеспособности и устойчивости проекта. Тем самым снижается риск недобросовестного поведения, который часто возникает в моделях финансирования на долговой основе.
Именно эти принципы формируют фундамент исламских финансов, хотя их природа сотрудничества не ограничивается распределением рисков: внимание концентрируется на долгосрочных партнерствах и на поощрении интереса к социальной и экологической устойчивости проекта в течение его жизненного цикла. Воплощением этих принципов является Исламский банк развития (ИБР), в котором я занимаю пост президента. За последние 50 лет мы выделили более $182 млрд на финансирование проектов развития, связанных с возобновляемыми источниками энергии, социальным сектором, а также экологически и климатически устойчивой инфраструктурой (учитывая наш новый акцент на содействии росту зелёной экономики и развитию человеческого капитала).
Рынки исламских финансов оцениваются в $3,25 трлн и обладают значительной ликвидностью, а также аппетитом к подходящим для банков проектам на основе активов и распределения рисков. Соответственно, эти рынки могут стать мощным инструментом мобилизации инвестиций в инфраструктуру развивающихся стран. В частности, гибридная модель, использующая традиционное и исламское финансирование, помогла бы масштабно увеличить инвестиции в инфраструктурные проекты. ИБР уже имеет опыт успешного софинансирования инфраструктурных проектов с другими МБР и с частным сектором. В числе завершённых проектов международный аэропорт имени Блеза Дианя в Дакаре (совместно с Африканским банком развития) и международный аэропорт имени королевы Алии в Иордании (совместно с Международной финансовой корпорацией).
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Для привлечения инфраструктурного финансирования с помощью инструментов на основе активов и распределения рисков требуется: хорошо развитый и надёжный финансовый сектор с сильной системой законов и регулирования, способной защищать инвесторов; хорошие внутренние рынки капиталов; прозрачный мониторинг и отчётность об эффективности. Именно здесь в игру вступают МБР. Они способны помочь в развитии и укреплении финансовой инфраструктуры, необходимой для привлечения частного капитала в развивающиеся страны.
Кроме того, МБР могут предпринимать коллективные действия, чтобы повысить уверенность инвесторов и помочь наладить поток уже подготовленных для финансирования проектов. «Глобальная совместная платформа софинансирования», которая недавно была создана десятью МБР (включая ИБР) по инициативе Всемирного банка, стала шагом в правильном направлении.
Инвестиции в устойчивую инфраструктуру помогут смягчить последствия изменения климата, принесут долгосрочные экономические выгоды и повысят качество жизни людей. Однако для привлечения необходимых капиталов нужно будет воспользоваться потенциалом финансовых инструментов на основе активов и распределения рисков. ИБР обязуется играть ведущую роль в этой работе, однако другие МБР и частные инвесторы также должны использовать эти подходы. Лишь работая вместе над ликвидацией глобального дефицита инфраструктурного финансирования, мы сможем построить более справедливое будущее для всех.