КЕМБРИДЖ – 3 апреля, Соединенное Королевство объявило о запрете на продажу слоновой кости, который является “одним из самых жестких в мире”. Ограничивая торговлю слоновой костью, Великобритания присоединилась к другим странам, включая Китай и Соединенные Штаты, в использовании средств сдерживания рынка по препятствованию браконьерству и защите исчезающих видов от вымирания. Как заявил в своем заявлении британский Министр окружающей среды Майкл Гоув, цель состоит в том, чтобы “защитить слонов для будущих поколений”.
Это, безусловно, похвальный жест на службе благородной цели. Но само по себе прекращение продаж слоновой кости не обратит вспять снижение численности слонов. Фактически, самой большой угрозой, с которой сталкивается этот и многие другие виды, гораздо более заурядное человеческое стремление: земледелие.
Во всем развивающемся мире фермеры расширяют области возделывания земель в бесконечной погоне за плодородной почвой. При этом, критические места обитания диких животных уничтожаются с угрожающей скоростью. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (ФАО), если нынешние тенденции сохранятся, к 2050 году мировые пахотные земли увеличатся примерно на 70 миллионов гектаров, а большая часть новых сельскохозяйственных угодий будет в районах, которые в настоящее время залесены. Наибольшему риску подвержены Южная Америка и Черная Африка, где рост численности населения и спрос на продовольствие нанесут огромный ущерб тропическим лесам.
В основе этого экологического кризиса лежит бедность, но плохие методы ведения земледелия увековечивают цикл голода и утрату среды обитания. Например, в Африке неизменно низкая урожайность – зачастую всего 20% от мировых средних значений – связана с низким качеством семян, отсутствием удобрений и отсутствием орошения. По мере ухудшения состояния почв и снижения объема производства многие фермеры не видят иного выбора, кроме как искать новые земли для возделывания.
К счастью, существует способ положить конец этому порочному кругу. Исследования показывают, что лучшие методы ведения сельского хозяйства и технологии могут повысить сельскохозяйственную продуктивность, одновременно снижая потерю среды обитания и защищая дикую природу. Этот подход, известный как “устойчивая интенсификация”, направлен на то, чтобы увеличить производительность существующих сельскохозяйственных угодий, используя такие методы, как комплексное управление посевами и расширенный контроль по борьбе с вредителями. При широком применении, устойчивая интенсификация могла бы даже уменьшить общий объем земли, возделываемой в настоящее время.
Это не невозможная цель. За последние 25 лет фермеры в более чем 20 странах мира улучшили продовольственную безопасность при одновременном сохранении или увеличении лесного покрова. Согласно одному исследованию, в период между 1965 и 2004 годами фермеры в развивающихся странах, которые посадили высококачественные семена, смогли сократить сельскохозяйственные угодья почти на 30 миллионов гектаров – площадь, примерно равную Италии. Эти успехи можно было бы расширить, если бы мелкие фермеры имели доступ к современному оборудованию, к лучшему сбору данных и их анализу, и к большему финансированию.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Критики утверждают, что увеличение производительности мелких фермерских хозяйств может привести к обратным результатам, особенно если это побуждает бедных фермеров расширять свои площади в надежде на увеличение прибыли. Чтобы избежать этого исхода, стратегии интенсификации в значительной степени сопровождаются жестким планированием в области охраны природы.
В то же время, нельзя просто попросить фермеров в развивающихся странах прекратить использование несельскохозяйственных ресурсов, прилегающих к их полям. Многие люди в бедных общинах полагаются на лесные продукты в качестве топлива и строительных материалов, и правительственная политика, запрещающая использование этих ресурсов без предоставления адекватных альтернатив, вероятнее всего, потерпит неудачу. Пожалуй, идеальный подход к охране природы в развивающихся странах будет связывать сельскохозяйственную и экономическую поддержку с жесткими ограничениями на расширение сельскохозяйственных угодий.
Это далеко от сложившейся сегодняшней ситуации. Во всем мире, ежегодно инвестируются миллиарды долларов на борьбу с деградацией окружающей среды и нищетой; многие из 17 Целей устойчивого развития ООН в определенной степени связаны с этими двумя проблемами. И все же, большинство программ, предназначенных для решения этих проблем, работают изолированно. Это ошибка: решения проблемы отсутствия продовольственной безопасности и потери среды обитания должны быть лучше интегрированы, если любая из этих проблем когда-либо должна быть урегулирована.
Никто не сомневается в том, что благонамеренные стратегии, такие как запрет на слоновую кость, могут уменьшить экологическое воздействие человеческой деятельности. Но на данный момент сельское хозяйство – деятельность, наиболее ответственная за нанесение ущерба здоровью многим видам, – терпит неудачу в привлечении внимания, которого оно заслуживает, со стороны директивных органов. Пока эти изменения, правительственных стратегии в области защиты дикой природы “для будущих поколений”, с большей вероятностью, обречены на провал.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Increasingly severe water shortages represent a human-made crisis that can be resolved through human interventions. The situation demands new thinking about the economics of this critical resource and how to manage it through mission-oriented strategies that span all levels of governance.
call attention to a global problem that demands far more attention from policymakers at all levels.
Although Kamala Harris is largely aligned with Joe Biden on many global and strategic issues, her unique worldview promises a distinct form of leadership on the international stage. Not only would US foreign policy shift under a Harris administration; it could change in highly consequential ways.
considers how the Democratic presidential nominees' views compare to Joe Biden's.
КЕМБРИДЖ – 3 апреля, Соединенное Королевство объявило о запрете на продажу слоновой кости, который является “одним из самых жестких в мире”. Ограничивая торговлю слоновой костью, Великобритания присоединилась к другим странам, включая Китай и Соединенные Штаты, в использовании средств сдерживания рынка по препятствованию браконьерству и защите исчезающих видов от вымирания. Как заявил в своем заявлении британский Министр окружающей среды Майкл Гоув, цель состоит в том, чтобы “защитить слонов для будущих поколений”.
Это, безусловно, похвальный жест на службе благородной цели. Но само по себе прекращение продаж слоновой кости не обратит вспять снижение численности слонов. Фактически, самой большой угрозой, с которой сталкивается этот и многие другие виды, гораздо более заурядное человеческое стремление: земледелие.
Во всем развивающемся мире фермеры расширяют области возделывания земель в бесконечной погоне за плодородной почвой. При этом, критические места обитания диких животных уничтожаются с угрожающей скоростью. По данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (ФАО), если нынешние тенденции сохранятся, к 2050 году мировые пахотные земли увеличатся примерно на 70 миллионов гектаров, а большая часть новых сельскохозяйственных угодий будет в районах, которые в настоящее время залесены. Наибольшему риску подвержены Южная Америка и Черная Африка, где рост численности населения и спрос на продовольствие нанесут огромный ущерб тропическим лесам.
В основе этого экологического кризиса лежит бедность, но плохие методы ведения земледелия увековечивают цикл голода и утрату среды обитания. Например, в Африке неизменно низкая урожайность – зачастую всего 20% от мировых средних значений – связана с низким качеством семян, отсутствием удобрений и отсутствием орошения. По мере ухудшения состояния почв и снижения объема производства многие фермеры не видят иного выбора, кроме как искать новые земли для возделывания.
К счастью, существует способ положить конец этому порочному кругу. Исследования показывают, что лучшие методы ведения сельского хозяйства и технологии могут повысить сельскохозяйственную продуктивность, одновременно снижая потерю среды обитания и защищая дикую природу. Этот подход, известный как “устойчивая интенсификация”, направлен на то, чтобы увеличить производительность существующих сельскохозяйственных угодий, используя такие методы, как комплексное управление посевами и расширенный контроль по борьбе с вредителями. При широком применении, устойчивая интенсификация могла бы даже уменьшить общий объем земли, возделываемой в настоящее время.
Это не невозможная цель. За последние 25 лет фермеры в более чем 20 странах мира улучшили продовольственную безопасность при одновременном сохранении или увеличении лесного покрова. Согласно одному исследованию, в период между 1965 и 2004 годами фермеры в развивающихся странах, которые посадили высококачественные семена, смогли сократить сельскохозяйственные угодья почти на 30 миллионов гектаров – площадь, примерно равную Италии. Эти успехи можно было бы расширить, если бы мелкие фермеры имели доступ к современному оборудованию, к лучшему сбору данных и их анализу, и к большему финансированию.
Don’t go back to school without Project Syndicate! For a limited time, we’re offering PS Digital subscriptions for just $50.
Access every new PS commentary, our suite of subscriber-exclusive content, and the full PS archive.
Subscribe Now
Критики утверждают, что увеличение производительности мелких фермерских хозяйств может привести к обратным результатам, особенно если это побуждает бедных фермеров расширять свои площади в надежде на увеличение прибыли. Чтобы избежать этого исхода, стратегии интенсификации в значительной степени сопровождаются жестким планированием в области охраны природы.
В то же время, нельзя просто попросить фермеров в развивающихся странах прекратить использование несельскохозяйственных ресурсов, прилегающих к их полям. Многие люди в бедных общинах полагаются на лесные продукты в качестве топлива и строительных материалов, и правительственная политика, запрещающая использование этих ресурсов без предоставления адекватных альтернатив, вероятнее всего, потерпит неудачу. Пожалуй, идеальный подход к охране природы в развивающихся странах будет связывать сельскохозяйственную и экономическую поддержку с жесткими ограничениями на расширение сельскохозяйственных угодий.
Это далеко от сложившейся сегодняшней ситуации. Во всем мире, ежегодно инвестируются миллиарды долларов на борьбу с деградацией окружающей среды и нищетой; многие из 17 Целей устойчивого развития ООН в определенной степени связаны с этими двумя проблемами. И все же, большинство программ, предназначенных для решения этих проблем, работают изолированно. Это ошибка: решения проблемы отсутствия продовольственной безопасности и потери среды обитания должны быть лучше интегрированы, если любая из этих проблем когда-либо должна быть урегулирована.
Никто не сомневается в том, что благонамеренные стратегии, такие как запрет на слоновую кость, могут уменьшить экологическое воздействие человеческой деятельности. Но на данный момент сельское хозяйство – деятельность, наиболее ответственная за нанесение ущерба здоровью многим видам, – терпит неудачу в привлечении внимания, которого оно заслуживает, со стороны директивных органов. Пока эти изменения, правительственных стратегии в области защиты дикой природы “для будущих поколений”, с большей вероятностью, обречены на провал.