ОКСФОРД – В 2015 году на климатической конференции ООН в Париже мировые лидеры, наконец-то, признали реальность изменения климата. Но выбранная ими стратегия фундаментально ошибочна, поскольку она опирается на «возобновляемые источники энергии» (энергия солнца, ветра и воды, а также биотопливо), которые в реальности вредят природе. Парадокс в том, что наилучший вариант достижения миром целей Парижского соглашения – воспользоваться источником энергии, который обычно демонизируется. Это атомная энергетика.
Энергии воды, ветра и солнца недостаточно, чтобы обеспечить надёжные поставки электроэнергии в тех масштабах, которые требуются современной экономике. Один килограмм воды, протекая через плотину высотой 100 метров, способен выработать всего лишь 1/3600 киловатт-часов электроэнергии. Между тем, из одного килограмма угля можно произвести примерно 7 кВт/ч электроэнергии, то есть в 20 тысяч раз больше.
В результате, объекты гидроэнергетики должны быть огромными, чтобы можно было произвести тот же самый объём электроэнергии, что и на угольных электростанциях, а это приводит к высоким экологическим и человеческим издержкам. Для строительства крупнейшей на сегодня гидроэлектростанции – протянувшегося на расстояние 600 км водохранилища «Три ущелья» на реке Янцзы – пришлось переселить 1,3 млн человек, поскольку 13 городов, 140 городских посёлков и 1350 деревень были затоплены.
Ветер имеет аналогичную энергетическую плотность. Даже несмотря на их огромные и шумные турбины, мощность морских ветряных ферм, причём на пике, равняется всего лишь девяти мегаваттам на квадратный километр. Требуется несколько сотен турбин, чтобы они могли сравниться по мощности с гигаваттной угольной электростанцией. То же самое можно сказать и о солнечных электростанциях: чтобы успешно конкурировать, они должны быть огромными, занимая гигантские площади на склонах холмов и на лугах.
Впрочем, даже если построить все эти колоссальные и экологически вредные конструкции, они не смогут надёжно производить достаточное количество электроэнергии. В статьях, нахваливающих пиковую мощность ветряных и солнечных электростанций, обычно забывают упомянуть о том, что в периоды, которые иногда могут длиться по несколько дней, они производят либо очень мало, либо вообще ничего. Если бы избытки электроэнергии можно было эффективно хранить, тогда эти периоды затишья удавалось бы компенсировать; но дальнейшему совершенствованию технологий аккумуляторов препятствуют законы химии.
Недавнее утверждение, будто возобновляемые источники могут в одиночку обеспечить все потребности США в электроэнергии, уже дискредитировано. Для предотвращения блэкаутов придётся построить абсолютно надёжные запасные источники энергии и поддерживать их в рабочем состоянии, причём все эти издержки объясняются нестабильность возобновляемой энергетики.
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Иногда утверждают, что ответом на изменение климата может стать биотопливо, например, этанол и биодизель, производство которых в некоторых странах субсидируется. Однако среди всех видов возобновляемых источников энергии биотопливо оказывает наибольшее воздействие на природу, поскольку для его производства нужны огромные территории сельскохозяйственных земель и лесов, которые теряют способность улавливать углекислый газ, с чём так эффективно справляется природа.
Атомная энергетика – это единственный неуглеродный источник электроэнергии, у которого нет всех этих экологических недостатков. Более того, энергетическая плотность ядерного топлива в 100 тысяч раз больше, чем у угля, поэтому под строительство гигаваттной атомной электростанции требуется только 15 гектаров земли. Модульные станции меньшей мощности могут ненавязчиво вписываться в ландшафт. Кроме того, залежи урановой руды широко распространены географически, это топливо легко перевозить и хранить. Наконец, атомная электростанция, способная проработать 60 лет, более устойчива к экстремальным погодным явлениям, чем ветряные или солнечные электростанции.
Несмотря на все эти преимущества, по всему миру правительства отказываются инвестировать деньги в новые АЭС и даже закрывают те, что уже существуют. Причина этого кроется в недостатке понимания того, как мы ежедневно подвергаемся радиации из-за ядерных процессов, являющихся неотъемлемой частью природы.
На протяжении трёх миллиардов лет жизнь эволюционировала так, чтобы естественная радиация, исходящая от горных пород и из космоса, не оказывала на неё негативного воздействия. Сто лет назад Мария Кюри получила две Нобелевских премии за объяснение физики и химии ядерных процессов и радиации, а затем стала пионером применения высоких доз радиации для лечения рака.
Но хотя практически у каждого есть родственник или знакомый, которому принесла пользу радиотерапия, общественное отношение к атомной энергетике и радиации не изменилось со времён шока от ядерной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки в 1945 году. Между тем, долгосрочные последствия радиации от этих бомб были сильно преувеличены.
Да, действительно, почти 200 тысяч человек погибли во время этих бомбардировок или сразу после них, но в основном из-за взрыва и последующей огненной бури. Лишь немногие умерли от рака. Как следует из историй болезни тех, кто пережил бомбардировку, за последующие 50 лет было зарегистрировано 550-850 экстра-смертей от рака.
Ситуация усугублялась тем, что в период Холодной войны политики и СМИ разжигали страхи перед радиацией. В 1950-е годы были введены драконовские нормы безопасности, но не потому, что этого требовали факты, а для успокоения возбуждённой публики, чья озабоченность усиливалась из-за гонки вооружений между США и СССР.
В 1986 году атомная авария в Чернобыле, казалось бы, подтвердила все эти страхи, хотя число людей, погибших из-за чернобыльской радиации, составило всего 43 человека. И никто не умер от радиации после аварии 2011 года на японской электростанции «Фукусима-дайити», хотя этот случай был широко воспринят как доказательство необходимости отказа стран мира от атомной энергетики. Негативные последствия аварии на АЭС «Фукусима-1», в том числе 1600 погибших и значительный экономический и экологический ущерб, стали результатом плохого регулирования и процедур эвакуации. Кроме того, причиной этой аварии вообще-то была геология, а не стремление людей использовать атомную энергию.
Мир должен преодолеть свою радиационную фобию и ввести менее жёсткие, основанные на фактах нормы регулирования в атомной энергетике. (Ведь именно из-за соблюдения этих избыточных норм атомная энергетика так дорога). Прежде всего, нужна политическая воля, чтобы оспорить статус-кво ради принятия разумных и дальновидных политических решений, а также повышение качество образования общества, начиная со школьников, и увеличение инвестиций в образование.
Атомная энергетика сегодня, может быть, и не популярна, но она должна стать такой завтра. Это наилучший вариант для нашего коллективного будущего. И мы должны выбрать именно его.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Donald Trump’s attempt to reindustrialize the US economy by eliminating trade deficits will undoubtedly cause pain and disruption on a massive scale. But it is important to remember that both major US political parties have abandoned free trade in pursuit of similar goals.
argues that America’s protectionist policies reflect a global economic reordering that was already underway.
Donald Trump and Elon Musk's reign of disruption is crippling research universities’ ability to serve as productive partners in innovation, thus threatening the very system that they purport to celebrate. The Chinese, who are increasingly becoming frontier innovators in their own right, will be forever grateful.
warns that the pillars of US dynamism and competitiveness are being systematically toppled.
ОКСФОРД – В 2015 году на климатической конференции ООН в Париже мировые лидеры, наконец-то, признали реальность изменения климата. Но выбранная ими стратегия фундаментально ошибочна, поскольку она опирается на «возобновляемые источники энергии» (энергия солнца, ветра и воды, а также биотопливо), которые в реальности вредят природе. Парадокс в том, что наилучший вариант достижения миром целей Парижского соглашения – воспользоваться источником энергии, который обычно демонизируется. Это атомная энергетика.
Энергии воды, ветра и солнца недостаточно, чтобы обеспечить надёжные поставки электроэнергии в тех масштабах, которые требуются современной экономике. Один килограмм воды, протекая через плотину высотой 100 метров, способен выработать всего лишь 1/3600 киловатт-часов электроэнергии. Между тем, из одного килограмма угля можно произвести примерно 7 кВт/ч электроэнергии, то есть в 20 тысяч раз больше.
В результате, объекты гидроэнергетики должны быть огромными, чтобы можно было произвести тот же самый объём электроэнергии, что и на угольных электростанциях, а это приводит к высоким экологическим и человеческим издержкам. Для строительства крупнейшей на сегодня гидроэлектростанции – протянувшегося на расстояние 600 км водохранилища «Три ущелья» на реке Янцзы – пришлось переселить 1,3 млн человек, поскольку 13 городов, 140 городских посёлков и 1350 деревень были затоплены.
Ветер имеет аналогичную энергетическую плотность. Даже несмотря на их огромные и шумные турбины, мощность морских ветряных ферм, причём на пике, равняется всего лишь девяти мегаваттам на квадратный километр. Требуется несколько сотен турбин, чтобы они могли сравниться по мощности с гигаваттной угольной электростанцией. То же самое можно сказать и о солнечных электростанциях: чтобы успешно конкурировать, они должны быть огромными, занимая гигантские площади на склонах холмов и на лугах.
Впрочем, даже если построить все эти колоссальные и экологически вредные конструкции, они не смогут надёжно производить достаточное количество электроэнергии. В статьях, нахваливающих пиковую мощность ветряных и солнечных электростанций, обычно забывают упомянуть о том, что в периоды, которые иногда могут длиться по несколько дней, они производят либо очень мало, либо вообще ничего. Если бы избытки электроэнергии можно было эффективно хранить, тогда эти периоды затишья удавалось бы компенсировать; но дальнейшему совершенствованию технологий аккумуляторов препятствуют законы химии.
Недавнее утверждение, будто возобновляемые источники могут в одиночку обеспечить все потребности США в электроэнергии, уже дискредитировано. Для предотвращения блэкаутов придётся построить абсолютно надёжные запасные источники энергии и поддерживать их в рабочем состоянии, причём все эти издержки объясняются нестабильность возобновляемой энергетики.
Introductory Offer: Save 30% on PS Digital
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Иногда утверждают, что ответом на изменение климата может стать биотопливо, например, этанол и биодизель, производство которых в некоторых странах субсидируется. Однако среди всех видов возобновляемых источников энергии биотопливо оказывает наибольшее воздействие на природу, поскольку для его производства нужны огромные территории сельскохозяйственных земель и лесов, которые теряют способность улавливать углекислый газ, с чём так эффективно справляется природа.
Атомная энергетика – это единственный неуглеродный источник электроэнергии, у которого нет всех этих экологических недостатков. Более того, энергетическая плотность ядерного топлива в 100 тысяч раз больше, чем у угля, поэтому под строительство гигаваттной атомной электростанции требуется только 15 гектаров земли. Модульные станции меньшей мощности могут ненавязчиво вписываться в ландшафт. Кроме того, залежи урановой руды широко распространены географически, это топливо легко перевозить и хранить. Наконец, атомная электростанция, способная проработать 60 лет, более устойчива к экстремальным погодным явлениям, чем ветряные или солнечные электростанции.
Несмотря на все эти преимущества, по всему миру правительства отказываются инвестировать деньги в новые АЭС и даже закрывают те, что уже существуют. Причина этого кроется в недостатке понимания того, как мы ежедневно подвергаемся радиации из-за ядерных процессов, являющихся неотъемлемой частью природы.
На протяжении трёх миллиардов лет жизнь эволюционировала так, чтобы естественная радиация, исходящая от горных пород и из космоса, не оказывала на неё негативного воздействия. Сто лет назад Мария Кюри получила две Нобелевских премии за объяснение физики и химии ядерных процессов и радиации, а затем стала пионером применения высоких доз радиации для лечения рака.
Но хотя практически у каждого есть родственник или знакомый, которому принесла пользу радиотерапия, общественное отношение к атомной энергетике и радиации не изменилось со времён шока от ядерной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки в 1945 году. Между тем, долгосрочные последствия радиации от этих бомб были сильно преувеличены.
Да, действительно, почти 200 тысяч человек погибли во время этих бомбардировок или сразу после них, но в основном из-за взрыва и последующей огненной бури. Лишь немногие умерли от рака. Как следует из историй болезни тех, кто пережил бомбардировку, за последующие 50 лет было зарегистрировано 550-850 экстра-смертей от рака.
Ситуация усугублялась тем, что в период Холодной войны политики и СМИ разжигали страхи перед радиацией. В 1950-е годы были введены драконовские нормы безопасности, но не потому, что этого требовали факты, а для успокоения возбуждённой публики, чья озабоченность усиливалась из-за гонки вооружений между США и СССР.
В 1986 году атомная авария в Чернобыле, казалось бы, подтвердила все эти страхи, хотя число людей, погибших из-за чернобыльской радиации, составило всего 43 человека. И никто не умер от радиации после аварии 2011 года на японской электростанции «Фукусима-дайити», хотя этот случай был широко воспринят как доказательство необходимости отказа стран мира от атомной энергетики. Негативные последствия аварии на АЭС «Фукусима-1», в том числе 1600 погибших и значительный экономический и экологический ущерб, стали результатом плохого регулирования и процедур эвакуации. Кроме того, причиной этой аварии вообще-то была геология, а не стремление людей использовать атомную энергию.
Мир должен преодолеть свою радиационную фобию и ввести менее жёсткие, основанные на фактах нормы регулирования в атомной энергетике. (Ведь именно из-за соблюдения этих избыточных норм атомная энергетика так дорога). Прежде всего, нужна политическая воля, чтобы оспорить статус-кво ради принятия разумных и дальновидных политических решений, а также повышение качество образования общества, начиная со школьников, и увеличение инвестиций в образование.
Атомная энергетика сегодня, может быть, и не популярна, но она должна стать такой завтра. Это наилучший вариант для нашего коллективного будущего. И мы должны выбрать именно его.